скачать рефераты
  RSS    

Меню

Быстрый поиск

скачать рефераты

скачать рефератыСтатья: Ален Дандес "О слонофантазиях и слоноциде"

Сравнительный анализ фольклорных стереотипов может быть осуществлен на примере двух групп. Как продемонстрировал Янсен, две группы способны породить разнообразные и взаимосвязанные стерео типы7. Если взять две группы (назовем их А и Б: их можно заменит любой другой парой — северяне/южане, греки/турки, иудеи/неиудеи) то мы получим следующий набор возможных стереотипов:

Представление А о себе как об А по отношению к Б (например представление белых о себе как о белых в отличие от чернокожих).

Представление Б об А по отношению к Б (например, представление чернокожих о белых в отличие от чернокожих).

Представление А о Б по отношению к А (например, представление белых о чернокожих в отличие от белых).

Представление Б о себе как о Б по отношению к А (например, представление чернокожих о себе как о чернокожих в отличие от белых).

Представление А о том, какое у Б представление об А по отношению к Б (например, представление белых о том, каково представление

6 [Prothro, Melikian 1955: 3-10]. О кросскультурных стереотипах см. также [Prothro 1954: 53-59; Buchanan, Cantril 1953; Lambert, Klineberg 1967].

7 [Jansen 1959: 205-211] (цит. no [Dundes 1965b: 43-51]). См. также более раннюю работу, где рассматриваются теоретические возможности стереотипных представлений о «себе» и о «других» [Holmes 1955: 47 ff.].

140              

чернокожих о белых в отличие от чернокожих. Оно может совпадать или не совпадать с представлением чернокожих о белых в отличие от чернокожих).

Представление Б о том, какое у А представление о Б по отношению к А (например, представление чернокожих о том, каково представле­ние белых о чернокожих в отличие от белых. Суть вопроса состоит в том, будет ли черное стереотипное представление о белом стерео­типе черного совпадать с белым стереотипным представлением о чер­нокожих).

Представление А о том, какое у Б представление о себе как о Б по отношению к А (например, представление белых о том, какое у чернокожих представление о себе как о черных в отличие от белых).

Представление Б о том, какое у А представление о себе как об А по отношению к Б (например, представление чернокожих о том, как белые представляют себя как белых в отличие от черных).

Возможность существования в дополнение к обычным стереотипам «стереотипов стереотипов» не является чисто теоретическим предпо­ложением. Анекдоты строятся не только на стереотипах, но и на игре стереотипами, например чернокожие могут высмеивать белые стерео­типные представления о чернокожих (или то, что им представляется стереотипами белых в отношении чернокожих). Иногда стереотипы могут подкрепляться «стереотипами стереотипов», и наоборот. К при­меру, согласно одному из стереотипных представлений американцев о французах, последние являются великолепными любовниками (не исключено, что это часть более общего стереотипа о «любвеобильных латинянах», включающего в себя итальянцев и испанцев). Вдобавок, согласно другому американскому стереотипу, французы считают аме­риканцев плохими любовниками. (Иначе говоря, представление А о Б находится в некотором соответствии с представлением А о том, как Б представляет себе А.) Последний стереотип может быть проиллюст­рирован следующим текстом:

Молодая француженка, переживая любовную драму, решила покончить с со­бой и бросилась в Сену. Случайный прохожий кинулся спасать ее и, вытащив на берег, увидел, что она мертва. (Надо добавить, что девушка сняла с себя одежду, перед тем как утопиться.) Прохожий побежал за жандармом. А в это время другой прохожий увидел обнаженную девушку на берегу и решил воспользоваться слу­чаем. И поскольку она не сопротивлялась, он овладел ею. Первый прохожий, вер­нувшийся с жандармом, закричал: «Эй! Она мертвая!» — «Черт возьми! Я думал, она американка», — ответил второй.

Подобные побасенки, равно как и другие типы фольклорного оформления стереотипов, можно отнести к этническим анекдотам

141

(ethnic slurs). Трудность, однако, состоит в том, что английский тер­мин ethnic slurs, равно как и французское выражение blason populaire, носит негативный, уничижительный оттенок8. При этом очевидно, что многие составляющие фольклорных стереотипов имеют позитив­ное значение. Евреи с удовольствием рассказывают антисемитские анекдоты, а католические священники — антиклерикальные побасен­ки. Робак предложил ввести термин «этнофаулизм» (ethnophaulism) для обозначения «сторонних оскорбительных аллюзий» (foreign disparaging allusions). Оскорбительность этнического анекдота отчас­ти зависит от того, кто и кому его рассказывает.

Другая трудность, связанная с понятием «этнических стереотипов» (ethnic slurs), — их жанровая неопределенность. Этническое предубеж­дение может состоять из одного слова, например frog, в качестве обозначения француза. Либо же расшириться до эпиграммы или по­словицы: «С другом-венгром тебе не нужен враг», «Пожав руку венгру, пересчитай пальцы», «Как сделать омлет по-венгерски? Прежде всего надо украсть десяток яиц...», «И венгр и румын продадут свою бабуш­ку, но румын доставит ее по адресу». Последний пример представляет собой достаточно сложный случай. С одной стороны, очевидно, что нельзя доверять столь бессердечным людям, которые ради денег гото­вы продать собственную бабушку. С другой стороны, венгр, в отличие от румына,, не выполняет до конца договор и не доставляет бабушку по назначению. Этот факт можно считать отрицательным в той мере, в какой он еще раз подтверждает ненадежность венгров: они не вы­полняют обещанное. Но в то же время здесь есть и позитивный аспект: венгр предстает как трикстер, который на самом деле не продаст родственника в рабство, меж тем как румын это сделает. По контрасту с ним румын более честен, но не столь хитер, как венгр, чьим поступкам он пытается подражать10. Ситуация с этническими анекдотами осложнена еще и тем, что не все из них можно классифи­цировать как «этнические» в точном смысле слова. Есть анекдоты, в которых фигурирует тот или иной географический регион или город. К примеру: «Вы слышали о новом конкурсе,? Главный выигрыш — неделя в Филадельфии, второе место — две недели в Филадельфии». Еще. один антифиладельфийский выпад: «Лучше всего в Филадель­фии—экспресс в Нью-Йорк». Существует множество других анти­филадельфийских шуток, хотя вполне очевидно, что все эти замеча­ния по поводу «мертвого» города, где нечего делать, где нет ночной

8 Классический труд Анри Гедо и Поля Себийо посвящен в основном представле­ниям о жителях разных французских провинций и местностей. Однако ряд страниц относится и к иностранцам [Gaidoz, Sebillot 1884: 332-378].

9 [Roback 1944]. Этот термин, однако, незначительно распространен, хотя иногда и встречается [Palmore 1962: 442—444].

Другие антивенгерские пословицы см. [Roback 1944: 81].

142

жизни, могут быть отнесены и на счет других городов: I spent a week in Philadelphia one day («В один прекрасный день я пробыл в Фила­дельфии неделю») или I was in Philadelphia once, but it was closed («Был я в Филадельфии как-то раз, но она оказалась закрыта») . Существуют анекдоты, где речь идет о той или иной религии: скажем, часть стереотипных представлений о евреях относится к религиозным, а не чисто этническим анекдотам.

Недостатки термина «этнический стереотип» (ethnic slur) связаны с неопределенностью понятия «народ» (folk). Некоторые группы дей­ствительно можно считать этническими, и тогда употребление опре­деления «этнический стереотип» представляется вполне уместным. Однако существует множество неэтнических групп, и по отношению к ним этот термин неуместен. Все это вполне очевидно, если иметь в виду современное, более гибкое определение «народа» (folk), кото­рым обозначается не только крестьянский мир, но и любая группа, обладающая по крайней мере одной общей характеристикой [Dundes 1965b: 2]. Объединяющим фактором здесь может быть не только этни­ческое происхождение, но и политическая или религиозная принад­лежность, географическое местоположение или занятие. Любая груп­па выступает и как потенциальный производитель уничижительных анекдотов, и как их жертва. Некоторые анекдоты принадлежат к внут­ренней традиции того или иного сообщества, другие — к чисто внеш­ней, третьи используются как внутри сообщества, так и за его преде­лами [Jansen 1959]. Когда речь идет о том, обладает ли та или иная группа особыми чертами, отделяющими ее от общего культурного фо­на, представляется разумным с эмпирической точки зрения и практи­чески целесообразным попытаться установить, является ли она произ­водителем или объектом анекдотов. Врачи-терапевты рассказывают анекдоты о проктологах, которых, к примеру, именуют rear admirals (контр-адмиралами/задними адмиралами). В университетской среде профессора шутят, что old deans never die, they just lose their faculties («старые деканы не умирают, они утрачивают [жизненные] способно­сти/факультеты»). У католиков есть анекдоты об иезуитах, зачастую иллюстрирующие их скорее интеллектуальный, нежели мистический, подход к жизни и вере:

В комнате собрались три священнослужителя. Один доминиканец, другой францисканец, третий иезуит. Внезапно выключается свет. Не смущенный тем­нотой доминиканец говорит: «Давайте поразмышляем о природе света и тьмы и об их значении». Францисканец начинает петь гимн темноте, сестре нашей мень­шей. А иезуит меняет пробки.

11 Другие шутки по поводу тех или иных мест, характерные для Соединенных Штатов, см. [Cray 1962: 27-34]; многочисленные дополнения к его списку см. также, в частности, [Monteiro 1968: 51].

143

Подобные внутригрупповые традиции нередко с трудом поддаются описанию, поскольку группа может замкнуться в себе при столкнове­нии с тем, кто представляется ей опасным чужаком, выдающим себя за безобидного собирателя фольклора.

Итак, говоря об «этническом», или «национальном», анекдоте, сле­дует помнить, что это скорее функциональная, нежели родовая кате­гория, и что многие анекдоты этого типа не имеют отношения к этни­ческим проблемам. Этнические анекдоты зависят от предполагаемых этнических или национальных характеристик. Чаще всего эти нацио­нальные черты подвергаются осмеянию и уничижению. Нас в данном случае больше всего интересует, какие именно черты и комплексы характеристик выделяет народная традиция.

Народная традиция знает не только неформальные исследования национального характера в форме этнических анекдотов или устояв­шихся национальных стереотипов, но и скромные попытки сравнитель­ного анализа. Хотя число анекдотов, построенных на сопоставлении, по всей видимости, ограничено, сам факт их существования подчерки­вает общечеловеческую тенденцию сравнивать свою группу с другими. Почти все этнические анекдоты этого типа, где скопом высмеиваются различные культуры, имеют сходные композиционные принципы по­строения. Представители разных культур ставятся в одинаковую си­туацию или совершают идентичные поступки. Их реакция на задан­ные ситуации или различные способы решения поставленных задач и является индикатором предположительно стереотипных моделей пове­дения. Вот, к примеру, реплики, которые женщины разных стран адре­суют своим мужьям после исполнения супружеских обязанностей:

Жена-американка: Милый, это было замечательно. Жена-француженка: Mon cheri, какой же ты восхитительный любовник! Жена-еврейка: Надо было соглашаться только в обмен на шубу. Жена-немка: Ах, mein Herr, как ты властен, как умел. Жена-англичанка: Ну что, дорогой, теперь тебе полегчало?

Этот пример представляет собой собрание типичных этнических стереотипов, сформулированных с характерной для фольклорных произведений краткостью. Здесь есть и французская упоенность лю­бовью", и иудейское стремление к материальному вознаграждению, и немецкое восхищение властью, и британская холодность личных отношений, сочетающаяся с представлением, что для женщины испол­нение супружеских обязанностей является долгом, начисто лишенным сексуального удовольствия. Естественно, эти черты могут фигуриро­вать не только в анекдотах-сравнениях:

Англичанин выполняет супружеские обязанности. Вдруг он говорит: «Извини, дорогая. Я сделал тебе больно?» Она: «Нет, почему ты так думаешь?» Он отве­чает: «Ты пошевелилась».

144              

Другой типичный анекдот, построенный на сравнении разных этни­ческих групп, рассказывает о международной конференции, где уче­ные делают свои доклады о различных особенностях слонов. Англича­нин выступает с сообщением «Охота на слонов в Индии», русский — «Слоны и пятилетний план», итальянец — «Слоны и Ренессанс», француз — «Любовь у слонов» (вариант — «Способы приготовления слона»), немец — «Слоны и денацификация Германии» (вариант — «Военное использование слонов» или «Eine kUrze Einffihrung in das Leben des vierbeinigen Elephanten»v) в 24 томах, но умирает по выхо­де 17-го тома и, наконец, американец — «Как сделать большего и лучшего слона». Этот анекдот встречается во многих европейских странах, варьируется лишь выбор представителей разных националь­ностей и характеризуемых черт.

Иногда сам процесс рассказывания анекдота является решающим элементом создания этнического контраста, как, скажем, в следующем примере:

Когда рассказывают анекдот французу, он всегда смеется трижды: сначала, когда его слушает, потом, когда ему объясняют его смысл, и в третий раз, когда до него доходит. А все потому, что французы любят смеяться. Когда рассказы­вают анекдот англичанину, он смеется дважды: сначала, когда слушает, второй раз, когда ему его объясняют. Смысл до него никогда не доходит, он слишком чопорен. Когда рассказывают анекдот немцу, то он смеется только один раз, выслушав его до конца. Немец не позволит ничего себе объяснять, он слишком самонадеян. Когда рассказывают анекдот еврею, то, недослушав, он прерывает рассказчика: во-первых, он уже это слышал, во-вторых, рассказывать надо не так, а в-третьих, он начинает рассказывать анекдот так, как надо.

Следует заметить, что в Соединенных Штатах существует целый цикл анекдотов, в которых высмеивается неспособность англичанина повторить анекдот, рассказанный американцем. Их пуант состоит в том, что англичанин перевирает ключевую фразу услышанной исто­рии. Структура этих анекдотов всегда одна и та же: англичанин слы­шит анекдот, рассказанный американцем, и, пытаясь повторить его, делает это неправильно, тем самым демонстрируя отсутствие понима­ния. Приведем пример, где обыгрывается распространенное выраже­ние a slip of the tongue («оговорка», букв, «соскок языка»):

Некий англичанин на званом ужине: хозяин дома, разрезая язык, случайно уронил его на колени гостю. Хозяин сказал: "Lapsus linguae", и это вызвало такой смех, что гостю захотелось повторить шутку. Во время ужина, который давал уже он сам, он нарочно опрокинул блюдо с мясом кому-то на колени и повторил услышанную фразу. Но никто не засмеялся. Это была баранья нога.

Рассмотрев некоторые анекдоты интернационального содержания, обратимся теперь к национальным и субкультурным типам. Надо

145

сказать, что в Соединенных Штатах, этом «плавильном котле» имми­грантских сообществ, которые отказываются переплавляться, нередко трудно отличить друг от друга интернациональные и субкультурные этнические анекдоты. Так, можно предположить, что антиитальянский анекдот будет скорее направлен против италоамериканцев, чем про­тив жителей Италии, но возможна и двойная нацеленность. В некото­рых случаях повествование предпринимается исключительно для того, чтобы оправдать произнесение того или иного народного прозвища: «Какой звук издает пицца, если бросить ее в стенку? Wop!» (согласно одной из народных этимологии слова wop, распространенной клички американцев итальянского происхождения, в начале 1920-х годов, когда многие итальянцы пытались незаконно проникнуть в США, вла­сти вылавливали этих несостоявшихся иммигрантов и отправляли обратно в Италию, сопроводив бумагой со штампом W.O.P., что, как считается, означало "Without Papers", т.е. без документов, необходи­мых для легальной иммиграции)12. Но чаще всего антиитальянские этнические анекдоты обыгрывают тему трусости. Они направлены скорее против итальянцев, нежели италоамериканцев, хотя в какой-то мере достается и последним. К примеру, задается вопрос: «Что это?» (спрашивающий поднимает руки над головой, как будто хочет сдаться в плен). Ответ: «Итальянец готовится к Третьей мировой войне» (или: «Итальянец.на учениях»). Этот же жест фигурирует в качестве ответа на вопрос: «Как отдают честь итальянские солдаты?» Трусость — главная тема следующих анекдотов: «Сколько скоростей у итальян­ского танка? Пять. Четыре для заднего хода и одна для нормально­го — на случай, если вдруг атакуют сзади». «Что произошло через два часа после начала арабо-израильского военного конфликта? Итальян­цы сдались». Существуют и другие разновидности антиитальянских анекдотов, мы привели наиболее репрезентативные13.

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6


Новости

Быстрый поиск

Группа вКонтакте: новости

Пока нет

Новости в Twitter и Facebook

  скачать рефераты              скачать рефераты

Новости

скачать рефераты

© 2010.